развернуть
143907, Московская обл., г. Балашиха, шоссе Энтузиастов, д. 39 А
Тел.: 8(495)521-16-71 (приемная суда), 529-33-84
Balashihinsky.mo@sudrf.ru
Тел.: 8(495)521-16-71 (приемная суда), 529-33-84
Balashihinsky.mo@sudrf.ru
| Конституционный Суд РФ разъяснил, в каких случаях переписка с органами публичной власти через средства интернет-коммуникации не должна расцениваться как клевета, совершенная публично с использованием информационно-телекоммуникационных сетей | версия для печати |
| 4 декабря 2025 года Конституционный Суд РФ принял Постановление №43-П по делу, рассмотренному в соответствии со статьей 47.1 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации». Дело о проверке конституционности части второй статьи 128.1 Уголовного кодекса РФ рассмотрено по жалобе Л.Г. Роговой. История вопроса Лилия Рогова направила различным органам публичной власти, должностным лицам и организациям, осуществляющим публично значимые функции, обращения, в которых указала, что ее соседи-чиновники позорят имя одной из политических партий, представляют угрозу для всего российского общества и длительное время превышают свои полномочия в попытках лишить ее собственности. Приговором суда сведения, изложенные в обращениях, были охарактеризованы как ложные, порочащие честь и достоинство указанных лиц, а сами обращения – как злоупотребление правом, обусловленное желанием причинить этим лицам вред, а не защитить свои права. При этом, поскольку для рассылки использовались официальные интернет-порталы, интернет-приемные и адреса электронной почты, действия Роговой были квалифицированы, согласно оспариваемой норме, как клевета, совершенная публично с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет». С этим согласились вышестоящие инстанции. Позиция Суда Регулирование отношений в сфере обращения граждан к субъектам, осуществляющим публично значимые функции, предполагает установление законодателем соразмерных ограничений для достижения разумного баланса конституционных ценностей. Основу такого регулирования составляет ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации». Закон предусматривает особые гарантии безопасности гражданина в связи с его обращением, дабы реализация им конституционного права не вела к умалению или отрицанию других его прав и свобод, а также для минимизации негативного воздействия на иных лиц, чьи права и свободы могут быть затронуты сообщаемыми сведениями. При этом обязанность обеспечить неразглашение таких сведений и исключить доступ неопределенного круга лиц к обращениям возлагается на орган публичной власти. Само по себе обращение в органы власти, даже с учетом возможного риска причинения вреда лицам, с которыми связана содержащаяся в обращении информация, не может рассматриваться как неправомерное распространение этой информации. Осуществление гражданином своих прав и свобод в рамках закона не должно влечь для него неблагоприятные правовые последствия. Однако выход за эти рамки не исключает введения ограничений в этой сфере, связанных, в том числе, с привлечением к ответственности. В любом случае выяснять, было ли обращение гражданина в органы публичной власти обусловлено стремлением (попыткой) реализовать свои конституционные права или намерением причинить вред другому лицу, надлежит на основе фактических обстоятельств конкретного дела и положений законодательства, определяющего порядок взаимодействия граждан с этими органами в процессе рассмотрения таких обращений. Оспариваемая норма усиливает ответственность за клевету, совершенную публично, в том числе через Интернет. Соответственно, использование для совершения клеветы информационно-телекоммуникационных сетей является квалифицирующим признаком состава данного преступления в тех случаях, когда у распространяющего сведения лица имеется осознанное намерение адресовать их именно таким образом или же сделать доступными широкому (неопределенному) кругу лиц, т.е. выходящему за пределы адресной рассылки. Если же субъекты, осуществляющие публично значимые функции, для информационного взаимодействия с гражданами обеспечивают способность подачи им обращения через официальные интернет-сайты или иным аналогичным образом, то обязанность исключить доступ неопределенного круга лиц к таким обращениям на них и возлагается. Для гражданина электронная коммуникация предполагает соблюдение конституционных гарантий, включая право на тайну переписки. Тем самым, реализация возможности направить обращение в форме электронного документа посредством соответствующих сетей как предполагающей переписку только с конкретным адресатом (даже если адресат не является единственным), обязанным сохранять конфиденциальность, не обусловливает квалификации такого заявления в качестве публичного распространения информации и не должна приводить к усилению уголовной ответственности за клевету. Таким образом, оспариваемая норма не противоречит Конституции РФ. Она не допускает оценки переписки с органами публичной власти, должностными лицами и организациями, осуществляющими публично значимые функции, через официальные средства коммуникации с ними в сети «Интернет» (при которой использование данной сети является лишь способом направления обращения в письменной форме, не предполагающим доступности его содержания широкому (неопределенному) кругу лиц) в качестве публичного распространения информации. Дело заявительницы подлежит пересмотру. |
|